"...ранняя, быстрая тьма, мотающиеся тени деревьев, лиловатый, словно в мертвецкой, свет фонарей и опасный мрак подворотен: второй двор, третий двор, ужасный четвертый двор, только не оглядываться.
Да, и еще длинные боковые улицы без магазинов, без витрин с их ложным, будто бы домашним уютом. Слепые темные тротуары, где-то сбоку простроченные шумящими, мокрыми, невидимыми деревьями, только в конце, далеко, в створе улицы — блеск трамвайного рельса под жидким, красным огнем ночного ненужного винного бара.
Кто не бежал, прижав уши, по такой страшной бронхитной погоде, кто не промокал до позвоночника, кто не пугался парадных и подворотен, тот не оценит животное, кухонное, батарейное тепло человеческого жилища." - писала про Питер Татьяна Толстая. но у нас тоже страшно.
по такой погоде бежал Волчок из норштейновской "Сказки сказок".
говорят, режиссер как-то стал свиделем того, как из реки выловили утопленного котенка. он был еще жив, и Норштейн увидел, что один глаз у него еще живой, а второй - уже нет. котенок, конечно, сдох, а у Волчка появились такие глаза - разные.