Только то прекрасно, что серьезно.
Меня покидает "воздух".
"Воздух" - это лагерное, "Планетовское", "МаЯковское". Это красить летнюю сцену до 5-ти утра в голубой и белый. Это ночной баскетбол в заброшенном лагере с фонариками в руках. Это всю ночь делать разноцветных бумажных журавликов, чтобы стать для кого-то волшебником. Это учить вожатский танец, снова не спать, а потом все-таки заставлять себя спать, потому что то, что ты не выспался, отражается на детях. Это расклеивать смешные Юркины фотки по всему лагерю. Это лежать на крыше спасательной будки и рассказывать страшные истории. Это париться над какой-то ерундой, потому что эта ерунда - самое важное, что только может быть. Это пить менту под "Королей ночной Вероны" в барханах. Это бегать целоваться к берегу моря. Это зажигать в ночном клубе самого низкого пошиба. Это улыбаться (искренне!) всем, кто грубит тебе в магазине, потому что разозлиться на них было бы просто смешно.
Это бесшабашное благородное прекраснодушие.
"Воздух" - это когда серое делится на черное и белое легче, чем обычно. Это когда тебя очень сложно выбить из колеи и заставить сделать что-то неправильное. Потому что ты наполнена "воздухом" и чувствуешь, что правильно, а что нет. Ты наполнена "воздухом" и знаешь, чтО ты можешь. Возможно, "воздух" - это не только та хипстерская прекрасная романтика, о которой я написала выше, возможно, это тот "нравственный маячок" (маячок - вот сопадение!), о котором я так люблю говорить.
И вот он уходит, уплывает сквозь пальцы. Я думала, теперь он будет со мной всегда. Но, действительно, разве можно удержать воздух?.. Надо вдохнуть его еще, пока не научилась вырабатывать его сама. Но где его найти теперь, я не знаю.